Иркутский авиационный завод (Иркутск)
Иркутский авиационный завод расположен в городе Иркутске, является филиалом ОАО "Научно-производственная корпорация Иркут". В 2007 году Иркутский авиационный завод поставил 18 самолетов Су-30МКИ в Индию, 6 самолетов Су-30МКМ – в Малайзию, 4 Су-30МКА – в Алжир.

"Большая Евразия"  цивилизационный проект, устремлённый в будущее.
Вход

Статьи, новости

От Тюмени до Америки

Торговым же сословием город Тюмень первенствует, и, что важнее всего, духом торгового сословия ушел далеко вперед против всех городов сибирских и очень многих русских... И. Завалишин

Л.А. Типикина (Тюмень)

В Тюмени хорошо знают и помнят местных купцов Колокольниковых.

Род Колокольниковых в течение нескольких столетий был учас­тником важнейших событий в истории Сибири и берет свое начало от пеших казаков. В XVII - XVIII вв. его представители входили в состав сибирской «служилой аристократии», участвовали в присо­единении Сибири к Российскому государству и ее освоении. Главным делом семьи было литье колоколов, благодаря чему и закрепилась за ними фамилия Колокольниковых. Когда в Москве обсуждался вопрос о строительстве железных заводов на Урале, а это было еще в 1699 г., то взялся “делать образцы” или формы для литья пушек тюменский мастер Елизар — сын Колокольников. В первой четверти XVIII в. они являлись владельцами крупной литейной мастерской, применяли в ней свой семейный труд, но с преобладанием чужого наемного труда. Работа в мастерской велась как на заказ, так и на рынок. В ней отливали на продажу церковные колокола, дорожные колокольчики, медную и оловянную посуду. Высокая квалифика­ция и знакомство с орудийным производством позволили отливать и такие сложные изделия, как пушки. Сколотив капиталы, они ото­шли от литейного дела.

С конца XVIII в. Колокольниковы прочно вошли в деловую эли­ту Сибири. Семья тюменского 1-й гильдии купца Ивана Петрови­ча Колокольникова была большой: шесть сыновей и дочь. После смерти его вдова с детьми учредила в 1895 г. фирму под названием “Торговый дом И.П. Колокольникова Наследники” с главной кон­торой в Тюмени и филиалами в Вятке, Кургане, Перми, Челябинске и Омске. Торговали мукой, чаем собственной выписки из Китая, са­харом. Торговый дом “И.П. Колокольникова Наследники” держал монополию на чай на Ирбитской ярмарке вплоть до 1914 г. Смутные события начала XX в. разбросали тюменских купцов от Америки до Японии и Китая: сын Степан оказался в Америке, а Виктор — в Маньчжурии. К сожалению, за границей не осталось наследников, т. к. Виктор Иванович был холост и не имел детей, а у Степана Ивановича 4-летний сын умер еще в 1916 г. в Тюмени. В настоящее время по России насчитывается 9 человек — пря­мых потомков этого славного рода. В Иркутске живут двое прямых потомков: Колокольников Арсений Александрович (1920 г. р.) и Буркова Лидия Николаевна (1925 г. р.). Своими воспоминаниями они очень помогли музею. Достойно пережив нелегкие для купе­ческих потомков времена, испытав все тяготы утрат, репрессий, несправедливых обвинений, эти люди не озлобились, не затаили обиду на власть, а просто жили вместе со всеми нашими соотечественниками, применяя свои знания, опыт и таланты во благо своей Родины.

Правнучка И.П. Колокольникова в Красноярске — предприниматель, организовала и возглавляет Торговый дом с символи­ческим названием “Воскресенский”. Московский филиал фирмы украшает портрет ее деда — Антона Ивановича Колокольникова. Родовой дом купцов Колокольниковых в Тюмени стал в советское время музеем “Штаб-квартира В.К. Блюхера” (в годы Граждан­ской войны здесь размещалась ставка легендарного комдива), а ныне вместе с их бывшей чайной лавкой вошел в состав филиала тюменского областного краеведческого музея под названием «Му­зей-усадьба Колокольниковых».

История поиска следов Колокольниковых в США началась еще в 1996 г., когда стало известно о том, что после эмиграции из России Мария Николаевна Колокольникова (жена старшего из братьев — Степана Ивановича) какое-то время работала в одной из библиотек г. Нью-Йорка. На запрос, сделанный сразу в несколько библиотек США, пришел ответ из Нью-Йоркской Публичной биб­лиотеки. Приложение — результат компьютерного поиска библиотечного клерка с полным перечнем дел, хранящихся в архивах Библиотеки Конгресса в Вашингтоне и библиотеки Колумбийского университета в Нью-Йорке. Список получен 25 ноября 1996 г.

Согласно сопроводительной записке, всего в архиве 125 единиц хранения (2 коробки и папка). Называют Степана Иванови­ча не иначе, как бизнесменом и членом “Первой Русской Госу­дарственной думы”. В одной папке находятся деловые бумаги, финансовые отчеты и три бухгалтерские книги Торгового дома Колокольниковых за 1917 г. Во второй — записная книжка под названием “Американское содружество”, замечания и параллели по книге Брайса (Bryce), проект Сибирской привилегированной корпорации, документы и несколько фотографий. Что очень важ­но — обозначены даты жизни С.И. Колокольникова (1867-1925), т. к. до этого год смерти нам известен не был. В результате дли­тельной переписки в 2004 г. для новой экспозиции нашего му­зея из Америки пришла посылка с микрофильмами документов, относящихся, главным образом, к Тюменскому периоду жизни Колокольниковых (то, что С.И. захватил с собой), а также к пе­риоду жизни в Маньчжурии. К глубокому нашему сожалению, нам ничего не известно о жизни и деятельности наших земляков в Америке, об участии и роли их в обществе “Американское со­дружество”. Тем не менее Колумбийский университет оказал нам неоценимую услугу, и хотелось бы еще раз выразить глубокую признательность и огромную благодарность всем сотрудникам американского архива, которые проявили понимание и оказали помощь в работе с копиями интересующих нас документов. К настоящему времени работа по расшифровке записей (много ру­кописного текста) продолжается.

Распорядитель известного когда-то далеко за пределами быв­шей Тобольской губернии Торгового дома “И.П. Колокольникова Наследники”, личный почетный гражданин С.И. Колокольников, как и большинство наших земляков, в 1918 г. вынужден был скры­ваться. Заплатив 2-миллионную контрибуцию, наложенную на са­мых богатых людей Тюмени, он вместе с женой и братом Виктором Ивановичем навсегда покинул родной город. Напомню, что у Сте­пана Ивановича было пятеро родных братьев, но с Виктором они были просто неразлучны. Какое-то время Степан с женой и Викто­ром скрывались на территории собственного мукомольного завода в г. Омске. С ними находился вместе опальный друг Степана Ивано­вича Г.Е. Львов, с которым он близко сошелся еще в 1906 г., буду­чи членом I Государственной думы от Тобольской губернии. Львов неоднократно бывал в Тюмени, а в 1918 г. даже какое-то время жил у Степана, скрываясь от преследования властей. Дружба с князем оказала огромное влияние на дальнейшую судьбу С.И. Колоколь­никова, поэтому хочется остановиться на этой легендарной фигуре подробнее.

Во время войны с Германией князь Львов возглавлял земской и городской союз или “Земгор”. Георгий Евгеньевич обладал вы­сшим даром — доставать деньги (неважно, у государства или у час­тных лиц) на организацию новых предприятий. «Земгор» снабжал действующую армию медикаментами и провиантом. Даже союзни­ки России поставляли военные материалы ультимативно — только для использования “Земгором”, зная, что средства будут потрачены строго по назначению.

В князе Львове россияне видели спасителя Отечества. Он от­личался от остальных политиков благонравностью, скромностью и честностью. Именно его выбрали председатели губернских и зем­ских управ премьер-министром Временного правительства, когда рухнуло в России самодержавие. По поручению премьера Столыпи­на, будучи депутатом Государственной думы, князь Львов возглавил экспедицию в Сибирь и на Дальний Восток. Сделанный им тогда экономический анализ привлек внимание не только правительства, но и Ленина. После ухода в отставку с поста премьер-министра Вре­менного правительства, с целью изучения природных запасов этого края и их использования Г.Е. Львов создал акционерное общество в Москве (Московское бюро), филиал которого (Сибирское бюро) на­ходился в Тюмени.

В 1918 г. в Омске, где временно остановились Колокольнико-вы с князем Львовым, обосновалось Временное Сибирское прави­тельство. Установление диктатуры Колчака друзья не приняли и в сентябре все вместе отправились на Дальний Восток. Здесь нераз­лучные до сего времени братья Колокольниковы на какое-то время расстались.

Что касается судьбы Виктора Ивановича Колокольникова, то после расставания с братом он еще какое-то время жил во Влади­востоке и создал там Беженский комитет. В 1920 г. он получил за­граничный отпуск и уехал в Японию, г. Иокогама, где продолжил преподавательскую деятельность, а в 1922 г. приехал в Харбин и первое время занимался коммерцией.

Судьба Степана Ивановича Колокольникова и его жены стала известна из Опросных листов, заполненных ими в Штабе Приамурс­кого военного округа 14 сентября 1918 г., где на вопрос “Куда имен­но предполагается выехать за границу” супруги Колокольниковы и князь Львов записали: “Япония, Америка”. Целью поездки за границу продолжительностью три месяца указано: “по поручению Сибирского правительства для снабжения Сибирской армии”. Колокольникова Мария Николаевна цель своей поездки за границу в “Опросном листе” обозначила так: “Личный секретарь князя Льво­ва, знакомство с постановкой... дела в Америке”. Следовательно, конечным пунктом была Америка.

В марте 1921 г. в Праге был возрожден “Земгор”, объединивший десятки благотворительных организаций в разных странах. Князь Г.Е. Львов и тюменский коммерсант С.И. Колокольников возглавили комитет “Земгора” в Париже. Они открыли для эмиг­рантов столовые, общежития, больницы, профессиональные курсы. Огромные средства от сборов тратились на школьное дело. На средс­тва, собранные этой организацией, в Париже была открыта русская гимназия, просуществовавшая целых 40 лет.

Здесь снова хочется вернуться к истории Тюмени и вспомнить о том, что Торговый дом “И.П. Колокольникова Наследники” всегда славился своими добрыми делами. Степан Иванович являлся членом попечительского совета Тюменской женской гимназии и членом ко­митета по доставлению продовольствия бедным жителям г. Тюмени. За исключительные труды 1 января 1901 г. С.И. Колокольников получил Золотую медаль с надписью “За усердие” для ношения на шее на Станиславской ленте по представлению министра финансов. Постановлением Тюменской городской думы от 27 сентября 1911 г. было возбуждено ходатайство о присвоении С.И. Колокольникову звания почетного гражданина г. Тюмени за проявленную им, “как распорядителем “ТД И.П. Колокольникова Н-ки”, заботливость о просветительских нуждах города... В январе 1912 г. от имени Гор. Думы был поднесен адрес гг. Колокольниковым с выражением сер­дечной признательности за всю пользу, которую принес Торговый Дом городу открытием и содержанием на свои средства коммерчес­кого и образцового начального училищ, крупными пожертвования­ми на постройку и содержание женской гимназии и вообще в деле народного просвещения...”.

Но ни в 1911 г., ни позднее личный почетный гражданин С.И. Колокольников (а это звание он получил после успешного оконча­ния Московской практической академии коммерческих наук) так и не был удостоен высокого звания почетного гражданина города. Дело в том, что в формулярном списке Степана Ивановича в графе “Был ли в штрафах, под судом и следствием” записано: “...С.-Петербургской судебной палатой 3 мая 1908 г. ... присужден к тюрем­ному заключению...”.

В результате он 3 месяца провел в заключении в Санкт-Петер­бурге. В архиве Колумбийского университета Нью-Йорка хранится билет № 4, свидетельствующий о том, что С.И. Колокольников, личный почетный гражданин, “осужден СПб. судебной палатой и приговорен к трем месяцам тюремного заключения” (с 5 июня по 5 сентября 1908 г.) по делу о составлении в г. Выборге и распро­странении воззвания к народу от народных представителей. Это “Выборгское воззвание” призывало население страны не платить податей и не давать правительству рекрутов. Сохранился и арес­тантский жетон с надписью “Колокольников Степан Иванович”, который он носил на шнуре на шее. Этот факт биографии отрица­тельно сказался на его карьере: дважды Правительствующий сенат отклонял его кандидатуру, выдвигавшуюся на звание почетного гражданина г. Тюмени.

Из материалов Государственной думы России стало известно, что князь Львов был лидером партии кадетов, а купец Колоколь­ников принадлежал к партии социал-демократов. Но этот факт не помешал их дружбе. Примечательно, что даже умерли Г.Е. Львов и С.И. Колокольников в один год — 1925, только Георгий Евгеньевич — в Париже, а Степан Иванович — в Нью-Йорке.

Судя по документам американского архива, супруги Колоколь-никовы в 1920-1922 гг. оставались еще в Харбине. Об этом свиде­тельствует так называемая краткая объяснительная записка (на 213 стр. машинописного текста) под названием “К проекту сети элева­торов в Маньчжурии” от 1922 г., авторами которой значатся А.А. Гаврилов, А.Н. Опарин, С. Соснин и Т-во “М.А.Топаз и Ко”. Фа­милии Колокольников здесь нет, но, возможно, он входил в состав означенного выше Товарищества? Иначе зачем бы он хранил эти материалы с собственноручными пометками? Вполне возможно, он сам и составлял эту записку. Здесь уместно будет вспомнить уже имеющийся у него опыт написания такого рода документов, когда еще в Тюмени 24 сентября 1902 г. ему была выражена Высочайшая благодарность за составление докладной записки о проведении рель­сового пути Тюмень-Омск.

Другой интересный документ под названием “Финансовые со­ображения по делу устройства и эксплуатации элеваторов в Мань­чжурии”, также хранящийся в архиве Колумбийского университе­та Нью-Йорка в личном фонде С.И. Колокольникова и датируемый 1922 г., подписан группой “предпринимателей по сооружению элеваторов в Маньчжурии”. В этом документе (26 стр. машино­писного текста) им выделены преимущества элеваторной системы: “Главный интерес сельского хозяина и торговца Маньчжурии вы­ручить за свой хлеб наивысшую цену: благодаря элеваторам со­здастся прочная связь с мировым рынком, с помощью которой все благоприятные конъюнктуры этого рынка смогут быть учтены и легко с наибольшей для Маньчжурии выгодой использованы. Толь­ко при наличии элеваторов может быть организована в широком масштабе хлебная торговля; к ней широкой волной удобно смо­жет подойти более льготный кредит, облегчатся хлебные сделки, так как гораздо легче будет без всяких приемок и сдач покупать и продавать складочные свидетельства на хлеб, известно, где и в каких условиях находящийся, точно со всеми своими качествами в свидетельстве характеризованный, чем тысячи и миллионы меш­ков с хлебом, могущие принести всякие сюрпризы купившему их. Выгоды элеваторной системы в достаточной мере учтены во всех экспортирующих хлеб странах и там все сделки происходят через элеваторы”. В конце — те же самые подписи: А.А. Гаврилов, А.Н. Опарин, С. Соснин и Т-во “М.А. Топаз и Ко”. Отсюда можно сде­лать вывод, что С.И. Колокольников как предприниматель входил в Товарищество “М.А. Топаз и Ко”.

Важность и выгодность мукомольного производства С.И. Ко­локольников понял еще в России, когда в 1909 г. Торговый дом принял решение построить паровую вальцевую мельницу при ст. Чумляк на Сибирской железной дороге. В 1913 г. у них было уже две паровые крупчатые мельницы — в с. Щучьем Оренбург­ской области и в г. Омске. Возглавлял филиал Торгового дома в Челябинске и хозяином Чумлякской мельницы был Владимир Иванович Колокольников. Насколько они преуспели в этом деле, можно судить по материалам 1-й Западно-Сибирской сельскохо­зяйственной, лесной и торгово-промышленной выставки, прохо­дившей в г. Омске с 15 июня по 15 августа 1911 г. Здесь, наряду с крупными сибирскими фирмами, московскими мануфактурами, уральскими заводами и приуральскими земствами, принимали участие все крупные машиностроительные заводы России, а так­же фирмы Царства Польского, Финляндии, Германии, Англии, Америки, Франции, Австрии и Швеции. Было представлено до 3 000 экспонатов. На территории выставки в 27 десятин в торго­во-промышленном павильоне мукомольное производство Сибири представлял ТД “И.П. Колокольникова Н-ки”. В архиве США хранятся три толстые амбарные книги “Счетов паровой вальце­вой крупчатной мельницы” (жалованье, списки рабочих и разных лиц) за май 1919 г., отчеты, а также расписки об их получении в Тюмени, которые они захватили с собой из далекой России в надежде, что могут еще понадобиться...

Как следует из “Записки”, мировой рынок начал интересовать­ся маньчжурской пшеницей после “Великой войны”, лишившись своего прежнего главного поставщика — России, ежегодно достав­лявшей на европейские рынки от десяти до двадцати млн тонн хле­ба. Далее дается сравнение, что маньчжурская пшеница по своим качествам подходит к “обыкновенным” мягким русским сортам, та­ким как “красная полтавка”, “русак” и “гирка”. «...Хлеб из Мань­чжурской пшеницы получается питательный и вкусный”, — подытоживает автор.

Вспомним, что в 1921 г. в Харбине проживал и брат Степана — Виктор Иванович и какое-то время они снова жили вместе. Почему же братья снова расстались? Скорее всего, здесь решающей ока­залась деловая связь с князем Львовым, для которого на первом месте был “Земгор”, а впереди — Франция и Соединенные Штаты Америки.

Не менее интересно сложилась дальнейшая судьба Виктора Колокольникова. Виктор Иванович знал Маньчжурию не понас­лышке. Еще в 1903 г. в возрасте 22 лет он поступил вольноопреде­ляющимся 1-го разряда в пехоту Брянского полка г. Кременчуга и был зачислен в учебную команду, а в июне 1904 г., предвари­тельно сдав экзамены на звание унтер-офицера, вместе с полком был отправлен в Маньчжурию. В американском архиве хранится завещание В.И. Колокольникова на имя брата Степана Ивановича и его супруги Марии Николаевны, составленное им в апреле 1904 г. в Кременчуге перед отправкой на фронт. Во время одной из атак Виктор был тяжело ранен, после госпиталя получил отпуск сро­ком на полгода, после чего был зачислен ратником ополчения 2-го разряда. За проявленную на войне храбрость В.И. Колокольников получил Георгиевский крест 4-й степени. Подлечившись и отдохнув, Виктор Иванович продолжил обуче­ние в Москве и закончил Московский сельскохозяйственный инсти­тут со званием ученого-агронома, а потом продолжил образование в коммерческо-техническом институте столицы. Он знал в совершенс­тве английский, немецкий и французский языки.

Не удивительно, что именно он в 1912 г., закончив обучение, стал директором основанного в 1910 г. 8-классного коммерческо­го училища. Частное коммерческое училище Колокольниковых, построенное по последнему слову науки и техники, вскоре ста­ло образцовым по всей Сибири. Занимая должность директора с 1912 по 1919 г., В.И. Колокольников вел активную обществен­ную деятельность: совмещал должность председателя городской школьной комиссии, члена городской думы, члена городского Союза Комитета помощи военно-увечным, члена Тюменского ко­митета союза городов; был председателем военно-промышленного комитета, председателем комитета общественной безопасности и, наконец, представителем думы при начальном Беженском 2-м го­родском училище.

В.И. Колокольников директорствовал при царе, при большеви­ках, при власти Временного Сибирского правительства и при власти Колчака. Он был беспартийным, но не равнодушным человеком. Не один раз ему грозил арест, но всегда спасало от расправы заступни­чество преподавателей и учащихся родного училища.

В Харбине В.И. Колокольников некоторое время держал табач­ную лавочку и отошел от преподавательской деятельности. В 1928 г. он был избран заместителем председателя Беженского комитета, а в 1929 г. — председателем Торгово-промышленного союза при этом комитете. Впоследствии Беженский комитет стал наиболее крупной общественной организацией, координировавшей и направлявшей деятельность многочисленных благотворительных, политических, торгово-промышленных и культурных обществ. Беженцам оказы­валась бесплатная медицинская помощь, выдавались денежные средства, одежда и обувь, устраивались благотворительные обеды. Комитет помогал устроиться на работу, предоставлял жилье. Боль­шую роль сыграл Беженский комитет и в деле сохранения русской духовности и культуры.

С 1931 по 1935 г. В.И. Колокольников работал директором 1-го Харбинского русского беженского реального училища, кото­рое сам и создал на свои средства. С 1938 г. он был лектором, а потом уже профессором Северо-Маньчжурского университета по кафедре товароведения, политэкономии, финансового права и ста­тистики. Умер Виктор Иванович 3 апреля 1941 г. в Харбине, там и похоронен.

Следует отдать должное Марии Николаевне Колокольнико-вой,   женщине интеллигентной и  высокообразованной,  которая после смерти мужа хранила его архив в течение 35 лет и лишь в 1960 г. сдала его в библиотеку, где работала. К сожалению, нам даже неизвестны годы ее жизни (можно только предположить, что она была моложе своего мужа), но известно место рождения — г. Ишим Тобольской губернии. А это наводит на удивительную мысль (если принять во внимание тот обрывок документа, где фамилия ее родителей начинается на Гол...), что она из извест­ного в России рода Голицыных... Ведь они жили в Ишиме! Тогда становятся понятными запись в Опросном листе “Потомственная Почетная гражданка” и тот факт, что семья Голицыных скрыва­лась в 1918-1919 гг. именно в Тюмени, и именно в усадьбе Коло-кольниковых, а потом вместе уже с князем Львовым — в Омске... Л.Н. Буркова (внучка Антона Колокольникова) помнит, что жена Степана Ивановича была из когда-то знатного дворянского рода, тогда уже обедневшего, и что та много помогала своим родствен­никам.

К сожалению, нет в полученных из США документах никакой информации о самой Марии Николаевне, о том, чем она занималась в Америке, кроме работы. А ведь в Тюмени она вела большую обще­ственную работу, несмотря на то, что работала и в образцовой част­ной школе, и в Частном коммерческом училище Колокольниковых. Газеты того времени не уставали писать о ее добрых делах.

М.Н. Колокольникова слыла “дамой культурной и образован­ной”. Например, в собственном доме на ул. Царской она открыла “Школу грамоты”. Взяла на обучение 10-12 детей из беднейших семейств и не только кормила и раздавала бесплатно учебники, но и дарила подарки по таким большим праздникам, как Рождество Христово и Пасха. ... Пример, достойный подражания”, — писала газета “Тобольские губернские ведомости” в 1897 г. Из этой же популярной газеты стало известно, что по инициативе М.Н. Коло-кольниковой при Обществе трезвости был открыт Дом Трудолю­бия. «...Этому многообещающему заведению предстоит не только подобрать с улицы пролетариат, но и приучить его к труду, от­влечь от пьянства и разврата”, — сообщила газета.

Есть информация о том, что в Америке Мария Николаевна была знакома с русским композитором Сергеем Рахманиновым, дружна с семьей художника Николая Константиновича Рериха, теплые от­ношения сложились у нее с З.Г. Росдик — русской пианисткой, ко­торая возглавила Музей Рериха в Нью-Йорке. “Мадам Колокольникову” часто упоминает Зинаида Григорьевна в своих дневниковых записях. Начинаются они с 1922 г., а заканчиваются 1929 г., когда Степана Ивановича уже не было в живых.

4.08.22. ...Сегодня гуляли с Н.К. (Николаем Константинови­чем) и мадам Колокольниковой, милой русской дамой, приехавшей сюда... Также Н.К. опять сравнивал природу острова Монхиган с Россией — и тут такой же лес, и тропочка, и цветы такие же, но сердцу не мило...

5.08.22. Опять гуляли вечером без Е.И. (жена Н.К. Елена Ивановна) с Колокольниковой. ...Много вспоминал Н.К. о Куинджи, своем бывшем учителе. Был он человек строгий, сильного характе­ра...

6.08.22. ...Сегодня Е.И. опять очаровательно рассказала, как она первый раз познакомилась с Н.К., когда он приехал в Бологое, имение ее тетки княгини Путятиной, где она тогда гостила... Потом Е.И. рассказала мне и мадам Колокольниковой о жизни своей тет­ки... Во время нашей прогулки мадам Колокольникова спросила, каких друзей Е.И. имела среди женщин, да вообще, с какими дама­ми она сталкивалась...

7.08.22. Долго мы сегодня вечером сидели с Е.И. и мадам Ко­локольниковой...

9.08.24. ...Днем был Гольдин, пришла Колокольникова, Н.К. пригласил ее преподавать у нас русский язык...

6.07.29. ...Очень много ценнейших идей Н.К. дал для Мастер Института... У него была Колокольн[икова]. Он говорит, что она славная душа... если Лунсбери уйдет, она сможет быть библиотека­рем и бухгалтером. А пока пусть учится в галерее, где теперь она служит...

28.07.29. ...Сегодня Н.К. послал “Altai-Himalaya” миссис Рок­феллер с очень хорошим письмом. ...Сегодня его навестила Коло­кольникова, он говорит, что она духовно выросла и славная душа. Мы с ней обедали...

13.09.29. ...В воскресенье в час дня мы с Н.К. обедаем у Коло­кольниковой, а затем едем к нему укладываться...

Можно сделать вывод, что М.Н. Колокольникова работала в картинной галерее Н.К. Рериха и входила в Сибирскую группу друзей Музея Рериха, которую возглавлял писатель Г.Д. Гребен­щиков. Еще со времени приезда в США его мечтой было объеди­нение в эмиграции “всех сколько-нибудь выдающихся сибиря­ков”. В сентябре 1929 г. он обратился в Нью-Йорк с официаль­ным письмом и предложил организовать Сибирскую группу об­щества друзей Музея Рериха. Главный посыл этого предложения — подготовка культурного взаимодействия между Америкой и Сибирью.

17 октября в Доме учителя (новом 29-этажном здании Музея) состоялось первое собрание сибиряков и друзей Сибири. Ядро груп­пы, помимо Г.Д. Гребенщикова, составили присутствовавшие там дирижер М.М. Фивейский, поэтесса Л.Я. Нелидова, оперный артист Я.С. Лукин, литературные деятели и журналисты Е.А. Москов, Е.И. Иванова-Фовицкая, М.Н. Колокольникова и др.

Ничто в жизни не бывает случайно. Не случайно встретились и пересеклись жизненные пути тюменских купцов и столичного князя. Не случайно 13-летняя девочка Марина с матерью и отцом — московским врачом А.В. Голицыным, жила некоторое время в усадьбе Колокольниковых в Тюмени, чтобы через много-много лет, живя во Франции и будучи уже госпожой Мариной Даксергоф, вспомнить эту сибирскую семью, приютившую их, и передать в Тю­мень информацию о том, что Мария Николаевна Колокольникова жила в Париже, а позднее переехала с мужем в Америку и работала в Нью-Йорке библиотекарем...

Логично предположить, что фонд семьи Колокольниковых не случайно оказался в Бахметьевском, а не каком-то другом архив­ном фонде библиотеки Колумбийского университета. Естествен­но, я заинтересовалась личностью Б.А. Бахметьева. Информации о том, что профессор Петербургского политехнического института по кафедре гидравлики бывал когда-то в далеком сибирском го­родке Тюмени, не встречалось. Но кое-что удалось узнать о нем из “Записок” Г.Н. Михайловского, который был послом России с 1914 по 1920 г. и воспоминания которого касаются истории Российского внешнеполитического ведомства. Борис Александро­вич Бахметьев Временным правительством в начале 1917 г. был назначен послом России в Вашингтоне. Поскольку он оказался последним из назначенных законно признанным Всероссийским правительством, то и после революционного переворота в октябре 1917 г. в США не признавали других российских дипломатов, кроме Б.А. Бахметьева. Советскую власть он не признал и остал­ся в США, при этом “присвоил” большую сумму казенных денег и тратил ее по своему усмотрению на “антибольшевистские нуж­ды”. Возможно, интересы двух незнакомых ранее русских пат­риотов пересеклись и поэтому они оказались в одном архивном фонде. Как знать...

Автор благодарит членов Тюменского отделения общества Рери­ха за предоставленные материалы.

 

РУССКАЯ АМЕРИКА 
Материалы III Международной научной конференции 
«Русская Америка» (Иркутск, 8–12 августа 2007 г.)  

Предоставлено архитектурно-этнографическим музеем Тальцы

Флагманы экономики
Cписок организаций-участников ...



Иркутские организации:









 
 

Уважаемые господа! Копирование, тиражирование, иное использование фотографий, статей, размещенных на сайте "Иркутская область : Города и районы", возможно только с письменного разрешения НУК "Экспедиция ИнтерБАЙКАЛ"

 
© 2008-2018  All rights reserved