Иркутская область : главная
Иркутская область, города и районы Иркутской области, ее жизнь, культура, история, экономика - вот основные темы сайта "Иркутская область : Города и районы". Часто Иркутскую область называют Прибайкальем, именно "Прибайкалье" и стало названием проекта, в который входит этот сайт.

Конкурс  медиаматериалов.
Вход

Новости, статьи

Путешествие на бисиклете: От Еревана до Стамбула (Часть 2)

Осенью 2014 года состоялось очередное путешествие Юрия Лыхина, осуществляющего свою идею «кругосветки по кусочкам». Новый маршрут стал продолжением его кавказского путешествия 2012 года и, начавшись в столице Армении Ереване, завершился в турецком Стамбуле. Средством передвижения, как всегда, был велосипед, или бисиклет, как он называется по-турецки.

Севанаванк

Севанская семинария

Семинаристы

Хребет Арегуни

Мемориальный комплекс

На границе марза

Аштарак

В пиццерии

Село Агарак

Мальчишки

На месте ночевки

Хачкар

Над долиной

Саша Камалуян и Хачик Хачатурян

Озеро Кари-лич

На подъеме к Арагацу

Удаляясь от озера

Припорошило

Все выше и выше

Перед гребнем

Тур

Кратер Арагаца

Южная вершина

Заволакивает

Денис

Озеро Севан

Утром мы отправляемся на северный автовокзал Еревана, а оттуда на маршрутке, следующей в город Дилижан, покатили к озеру Севан. На обочине трассы замечаю скульптуру осла, который сидит в позе человека, устало свесив передние ноги и понурив голову…

«Севан – это армянская Сибирь», – говорят местные жители. Мы убеждаемся в этом сразу же, выйдя из маршрутки. По прибрежному хребту клубится густой туман, дует прохладный ветерок, и одетые в легкие рубашки мы чувствуем себя зябко и неуютно.

Озеро и раскинувшийся рядом с ним город Севан находятся на высоте 1900 метров от уровня моря. Слегка изогнувшимся скальным зубом в голубую гладь озера вдается небольшой полуостров, на котором разместился монастырь Севанаванк. Когда-то монастырь располагался на острове, а его обитателями были в основном монахи из Эчмиадзина, совершившие грех. В ХХ веке из-за интенсивного использования вод Севана в хозяйственных нуждах уровень озера понизился на 20 метров, и остров соединился с берегом перешейком. Два сохранившихся до сего дня храма монастыря стоят на возвышенном, продуваемом со всех сторон месте. С ноября по апрель здесь лежит снег. Ниже, у самой воды, расположилась Севанская духовная семинария с недавно построенным зданием из нескольких благоустроенных корпусов.

С полуострова открывается замечательный вид на хребет Арегуни, с вершин которого снежной лавиной к поверхности воды стекает белый туман.

Вдоволь налюбовавшись окружающими видами, отправляемся в город Севан, находящийся в нескольких километрах от монастыря. Город был основан полтора столетия назад русскими переселенцами-молоканами, назвавшими свое поселение Еленовкой. Долгое время молокане жили совершенно обособленно, стараясь не допускать армян в свою среду. Однако теперь эта изолированность ушла в прошлое, молодые легко женятся друг на друге, да и молокан в Севане осталось мало, в основном, пожилые люди.

К 16 часам мы вернулись в свой хостел. Быстро переоделись, уложили рюкзаки, прицепив их к велосипедам, и тут только заметили, что у Дениса спущено колесо. Ну, как всегда – в самый неподходящий момент, в момент отправки! Приходится менять камеру.

С грустью попрощались с нашей Лианой и даже обнялись, настолько мы сдружились с ней. Благодаря тому, что ее киоск стоит у самого входа в хостел, мы каждый вечер останавливались и подолгу беседовали, попивая какой-нибудь новый фреш. Легкий она человек, открытый, общительный. И, как мне кажется, прекрасный представитель армянского народа.

Отправились в путь только в 17 часов и за два часа успели выбраться за черту города. Однако дома вдоль дороги продолжают тянуться и тянуться. В 19 часов солнце стало садиться за горизонт. Заметив каменистую дорожку, ведущую в сторону виднеющегося с трассы пригорка с невысокими деревцами, направляемся туда. Нашли неплохую полянку подальше от шумной дороги, спрятались от поднявшегося ветра за стеной приземистых деревьев и в наступающей темноте успели перекусить тем, что накупили в магазинах на выезде из города.

Первая самостоятельная ночевка в Армении. По небу понесло грозовые тучи, вдали засверкали молнии. В долине под нами раскинулось море огней Еревана. Под шум ветра и стрекот цикад устраиваемся ко сну. Еще несколько минут возле горящей в палатке свечки я записываю впечатления дня и около 9 часов заползаю в спальник…

Неожиданный кризис

Ночью шелестел дождь. В 6 часов начало светать, но мы еще часик подремали и только после этого поднялись, не спеша позавтракали и начали собираться. Утро тихое, спокойное, на голубом небе никаких туч.

Двинулись в девять. Не проехав и километра, замечаем на пригорке у дороги высокую стройную часовенку из красно-оранжевого туфа. Перед ней каменным кругом выгорожено пространство, в котором находится несколько могил погибших в 1994 году в войне с Азербайджаном за Нагорный Карабах.

Таксист в городе Севане на мой вопрос, из-за чего, почему возник Карабахский конфликт, сказал, как отрезал: «Мне 40 лет, я 40 минут не видел этот Карабах, но это наша земля!» Армяне, обуреваемые воспоминаниями о былом величии Великой Армении, до сих пор считают утраченные в ходе истории земли своими. Я спросил: «А как же священная для Армении гора Арарат, которая находится сейчас на территории Турции?» И получил еще более короткий ответ таксиста-патриота: «Мы ждем и надеемся!»

Не думаю, что подобные, царящие в Армении настроения нравятся соседям. Даже археологические исследования политизируются и мифологизируются современными армянскими учеными. Примером тому вопрос о преемственности древнего Урарту и Армении. Утверждение об их тождественности дает возможность армянам удлинить свою историю славным прошлым Урартского государства – грозного противника Ассирии, а также подводит историческую базу под притязания на окружающие территории.

20 километров от Еревана. Въезжаем в город Аштарак – административный центр марза, или области, Арагацотн. К этому времени у моего спутника назрел кризис, который я, увлеченный началом пути, и не заметил. Денис вдруг заявил, что до Турции он, похоже, не дотянет. Дорога до Аштарака скачет то вверх, то вниз, ехать по ней не просто. Малейший подъем в гору заставляет Дениса слазить с седла и идти пешком, толкая велосипед рядом с собой. Денис – бывший военный, мужчина в расцвете сил. Однако в подобном путешествии он впервые и такое начало, видимо, не кажется ему медом.

Предлагаю сесть где-нибудь и все обговорить. Никакого кафе в городе мы не обнаружили, пришлось зайти в пиццерию. Чтобы снять возникшее напряжение, заказали по бутылочке пива «Гюмри». Потом, почувствовав голод, взяли по лахмаджо, тонкой похрустывающей лепешке с острым мясным фаршем, и еще по бутылочке пива. Поговорили по душам, вроде, немного отлегло. Договорились не принимать скоропалительных решений – надо провести в пути еще пару дней и тогда уже определяться.

Слегка навеселе мы выходим на улицу, собираясь тронуться дальше, но обнаруживаем на каждом велосипеде по спущенному колесу. Приходится здесь же, на оживленной многолюдной улице, ремонтироваться.

На 31-м километре трассы сворачиваем в сторону села Агарак, раскинувшегося в подножии горы Арагац, а отсюда направляемся вверх по горному склону. Один за другим миновали два небольших селения. Крутой подъем и наши тяжелые рюкзаки не дают возможности ехать. Мы по большей части идем пешком, ведя велосипеды за руль. Перед самой темнотой останавливаемся рядом с дорогой на ровной площадке среди безлесых холмов. За сегодняшний день одолели всего 30 с небольшим километров.

К озеру Кари-лич

Встаем с рассветом. Разжигаем костерок, кипятим чай, завариваем по пачке украинской лапши «Мивина». Метрах в ста от нас к еле накатанной, каменистой дорожке, отводящей от трассы, подъехала машина. Из нее высыпала разновозрастная мужская компания. Они приветливо помахали нам руками, прокричали: «Гуд монинг!» Невольно подумалось, что русские так не сделали бы – прошли бы мимо, сделав вид, что и не заметили. Спасибо вам, друзья-армяне!

Выходим на трассу, на обочине которой растет алыча, усыпанная спелыми желтыми плодами. С удовольствием лакомимся ими, выплевывая скользкие косточки на неровный асфальт.

Подъем тянется и тянется, дорога, преодолевая крутой горный склон, рыскает из стороны в сторону. Лишь на отдельных участках мне удается проезжать по несколько десятков, максимум по сотне, метров. Денису тяжело, он все время идет пешком. Отстал от меня уже порядочно.

Вдоль дороги встречаются искусно вырезанные хачкары. Сегодня на территории Армении тысячи хачкаров. Их можно видеть везде, даже в нежилых местах, и каждый из них не похож на другой.

Время 14.00, выбрались в поле видимости вершины Арагаца. Однако разглядеть ее не удалось. Поднялся холодный ветер, нагнавший серую пелену облаков, вершина горы укрылась ватным одеялом.

Неожиданно сталкиваюсь с идущим навстречу парнем с рюкзаком за плечами. Он из Словении, путешествует один, ночевал на озере Кари-лич, но на Арагац не поднимался – погода была плохая, выпал снег. От озера он идет неспешным шагом около двух часов. Значит, и нам столько же.

Продвигаюсь чуть дальше, и новая встреча. Саша Камалуян только позавчера вернулся из России, из Якутска, где шесть месяцев проработал водовозом. Его товарищ, Хачик Хачатурян, живет в селе Газараван недалеко от Аштарака. Они заметно навеселе и тут же достают бутылку водки, желая угостить и меня: «Твое здоровье, друг-джан!»

Саша говорит, что через несколько месяцев снова поедет в Якутию: «Работы много».

– А в Армении работа есть?

– В Армении нет. А если есть, денег платят мало, на жизнь не хватает.

Пока я беседовал с новыми знакомыми, приблизился Денис. Ему тоже пришлось хлебнуть горячительного, хотя он и пытался отказываться. Однако вскоре Хачик стал жаться от холода, и мы попрощались. Армяне нырнули в машину и покатили вниз, а мы впряглись в велосипеды и потянулись на очередную возникшую перед нами горку.

За разговором незаметно выбрались наверх, и это оказался конец нашего пути. Здесь на высоте 3200 метров раскинулось озеро Кари-лич («Каменное озеро»), на берегу которого расположилось несколько каменных зданий. Подъехавшие на машине девушки подсказывают нам, где можно поставить палатки. Они идут в ту же сторону, собираясь помедитировать над озером.

Лишь только мы достигли указанного места, как разразилась гроза с мелким, частым дождем и с градом, тут же тающим на земле. Пока мы в спешке ставили палатки, нас основательно промочило. Я успел накрыть водонепроницаемым чехлом велосипедный рюкзак и юркнул в палатку, забыв про спальник. В результате, пока продолжалась гроза, пришлось греться дыхательными упражнениями и энергичным трением кистей рук о ноги.

В то время как мы отсиживались в палатках, от находящейся рядом метеостанции, несмотря на непогоду, прибежал молодой армянин с сообщением, что мы расположились на его земле, а потому должны заплатить ему по 1000 драм. Денис, к которому он обратился первым, безоговорочно отдал деньги, а я вылез из палатки и, спросив где тут бесплатное место, пообещал перебраться, как только закончится непогода. А если не перенесу, то заплачу завтра.

В конце концов шквал пронесло, сквозь голубые прорывы среди туч пробилось солнце, открыв покрывшийся снегом Арагац. На пронизывающем ветру я перенес мокрую палатку на 200 метров в сторону. Затем, содрогаясь от холода, но щелкая фотоаппаратом во все стороны на открывшиеся красоты, вытащил из палатки Дениса, и мы отправились на ужин.

Несмотря на почти экстремальную ситуацию, а скорее потому, что мы смогли ее преодолеть, меня охватило восторженное состояние, близкое к эйфории на покоренной вершине. Оно не исчезло и в пустом, холодном ресторане с открытыми для проветривания окнами. Весь обслуживающий персонал грелся на кухне. Однако вслед за нами появилось еще три компании (в одной из них армянин, уже 15 лет живущий в США) и в неуютном зале стало светло и шумно.

Мы заказали хаш – древнейшее, распространившееся по всему Кавказу блюдо, которое готовят из говяжьих ног и рубца. Его принесли в керамической посуде на углях с отдельной мисочкой измельченного чеснока. Кроме того, я соблазнился перепелкой, жареной на мангале, а Денис кебабом. От алкоголя Денис отказался, я же с удовольствием принял перед едой 50 грамм пятизвездочного коньяка «Ной», вкушая его маленькими глоточками. От спиртного и от последующей еды потеплело, в теле почувствовалась сытость, а в голове легкий туман. Все-таки жизнь прекрасна! И благодаря таким перепадам и преодолениям она хороша вдвойне!

Я кайфанул от пережитой ситуации, но для Дениса это стало последней каплей. Он отказывается продолжать путь и собирается возвращаться в Ереван. Впрочем, это правильное решение. Для человека, склонного к городскому туризму, такой маршрут и дальше будет в тягость. Его можно преодолеть, лишь стиснув зубы. А зачем? Без него же и мне будет легче – не придется оглядываться на отстающего и не получающего удовольствие человека.

После ужина Денис решил не рисковать своим здоровьем и, чтобы не заболеть в третий раз воспалением легких, пошел узнать о номере в отеле. Я же взял «для сугрева» еще 50 граммов понравившегося мне коньяка и вскоре отправился в свою сырую палатку.

Подъем на Арагац

Ночевка была холодной. Утром обледеневшая палатка звенела, словно стеклянная.

10.30. Мы с Денисом идем на Арагац, самую высокую вершину современной Армении – 4090 метров. Как и гора Арарат, Арагац – это стратовулкан, ровным конусом возвышающийся посреди горной равнины. По легенде, горы Арагац и Арарат были когда-то неразлучными сестрами. Но однажды сестры поссорились и оказались разлученными навсегда.

Четыре вершины Арагаца, разорванные вулканическим кратером, скрыты ползущим туманом. Когда сквозь белую пелену тумана пробивается солнце, глаза слепит от покрывшего голые камни снега. Ноги ватные, сердце колотится. Далеко вслед за нами шумно, с музыкой, движется большая группа людей. От них заметно оторвалась пятерка мужчин, вскоре догнавшая нас. Молодые крепкие военные, они совершают традиционный подъем на Арагац в День Независимости Армении, 21 сентября.

Еще немного усилий и мы тоже выбираемся на южную, самую легкую, вершину горы, высота которой 3879 метров. Других вершин совершенно не видно, все затянуто облаками. Огромный кратер под нами еле просматривается.

С сожалением оставляю мысль подняться выше 4 тысяч метров. Западный пик горы хотя и ближе всего к нам, но самый опасный, где-то по пути есть обрыв, и даже военные не советуют рисковать, также отказавшиеся от дальнейшего подъема.

Время к полудню, начинаем спускаться. Народ в отелях у озера проснулся, и нам навстречу ползут все новые и новые вереницы людей всех возрастов, даже детей-подростков. Со всех сторон доносятся гортанные голоса, взвизги, смех.

В 13.30 мы возвратились к нашим палаткам. За полчаса собираюсь, и здесь наши с Денисом пути расходятся. Он остается на озере еще на сутки, а потом намеревается вернуться в Ереван. Фотографирую его на прощание у ворот отеля и направляюсь вниз.

Всю дорогу до Агарака – 31 километр по километровым указателям – спускаюсь за полтора часа. Вверх же мы тянули в общей сложности целый день.

На спуске совершенно окоченел на холодном ветру. Сзади, над Арагацем, вновь загремела гроза. А в долине царит мягкое тепло. Я еду по трассе вдоль границы с Турцией мимо горы Арарат – наивысшей точки Армянского нагорья и всей Турции, в которой он сейчас и находится. Армяне лишились своего национального символа в 1921 году, когда по Московскому и Карсскому договорам часть исторической Армении была передана Турции. Кажется, что двуглавый Арарат совсем близко. Он находится на стыке нескольких государств, в 32 километрах от границы с Арменией и в 16 километрах от границы с Ираном.

Чувствую себя усталым и скоро останавливаюсь на ночлег, расположившись на небольшом пригорке над дорогой. Проехал сегодня 52 километра.

 

На Байкал

 


Иркутская область




 
 

Уважаемые господа! Копирование, тиражирование, иное использование фотографий, статей, размещенных на сайте "Иркутская область : Города и районы", возможно только с письменного разрешения НУК "Экспедиция ИнтерБАЙКАЛ"

 
© 2008-2022  All rights reserved