Иркутская область : главная
Иркутская область, города и районы Иркутской области, ее жизнь, культура, история, экономика - вот основные темы сайта "Иркутская область : Города и районы". Часто Иркутскую область называют Прибайкальем, именно "Прибайкалье" и стало названием проекта, в который входит этот сайт.

"Большая Евразия"  цивилизационный проект, устремлённый в будущее.
Вход

Новости, статьи

Роль купцов Сибиряковых в храмоздательстве Иркутской епархии

Иркутская Входо- Иерусалимская церковь.

Иркутская Входо- Иерусалимская церковь. Фото из редкого фонда Научной библиотеки Иркутского госуниверситета

Никольская церковь в поселке Листвянка.

Никольская церковь в поселке Листвянка. Фото Н. Шевченко, 2006 г.

Благовещенская церковь на прииске Благовещенском.

Благовещенская церковь на прииске Благовещенском. Фото из книги И.В. Калининой «Православные храмы Иркутской епархии» (М., 2000)

Иркутская Казанская церковь.

Иркутская Казанская церковь. Фото из редкого фонда Научной библиотеки Иркутского госуниверситета

Интерьер Иркутской Казанской церкви в ходе реставрационных работ.

Интерьер Иркутской Казанской церкви в ходе реставрационных работ. Фото А. Потаповой, 2006 г.

«Возлюбившие благолепие дому твоего...»

Из Архангельской губернии с торговыми караванами не раз проходили кресть-яне Иркутский край — богатый лесом и пушниной, близкий к Китаю, торговый, обещавший многие богатства. Афанасий Сибиряков, увидев, какие деньги можно здесь заработать, приплыл с шестью сыновьями под стены Посольского монастыря и вскоре начал заниматься перевозкой людей и грузов по Байкалу. Так началась история славного и знаменитого купеческого рода Сибиряковых.

Разбогатев, Сибиряковы переселились в Иркутск — в самый центр города — и стали заниматься торговлей, не оставляя при этом «морских» — байкальских промыслов.

В истории каждого купеческого рода есть свои темные страницы — нередко огромные состояния наживались нечестными, а порой и откровенно хищническими путями. Потомки купцов, помня об этом, часто жертвовали на нужды храмов и монастырей, чтобы богоугодными делами оставить о своих отцах добрую память.

Сибиряковы — известные в Иркутске благотворители. Их стараниями и капиталами выстроены были и городской театр, и богадельня, которую так и называли — Сибиряковской, и один из залов музея Восточно-Сибирского отдела Императорского Русского географического общества. Но вряд ли есть еще такой род, который построил в Иркутской епархии пять церквей и несколько часовен.

Удивительна история храмоздательства в этом роду: первые попытки его терпели сокрушительную неудачу, но желание хоть в чем-то угодить Богу и послужить людям былосильнее внешних обстоятельств. Теперь, спустя века, мы можем видеть церкви, которые тоже можно назвать «сибиряковскими». Мы хорошо их знаем: это Казанская церковь впредместье Рабочем, церковь во имя Святителя Николая в поселке Листвянка, Входо-Иерусалимская церковь при входе в ЦПКиО (бывшее Иерусалимское кладбище).

Источники называют нам строителя первой в Иркутске каменной церкви — это Михаил Васильевич Сибиряков, внук Афанасия Сибирякова. Он развернул свои торговые ипромысловые дела по всей Сибири и Алтаю, породнился и объединил дела с богатым купеческим родом Мыльниковых и таким образом стал влиятельнейшей фигурой города. Послеучреждения «градской» думы Михаил Васильевич становится первым городским головой.

В ведении думы находились дела по благоустройству города: мощение улиц, постройка и содержание общественных заведений. Поэтому, когда до Иркутска дошел «Указ сенатаоб учреждении во всех городах кладбищ» от 23 мая 1772 года, Михаил Сибиряков как глава городского самоуправления начал постройку церкви и кладбища недалеко от Крестовоздвиженской церкви за жилой чертой города.

Церковь была построена на деньги «доброхотных дателей», первым из которых был сам Михаил Васильевич. На ее постройку было издержано 4 262 рубля 28 3⁄4 копейки. Много сэкономили на рабочей силе: в расчистке и ограждении кладбищенской территории участвовали «колодники», работа которых обошлась всего в 28 рублей 70 копеек «на пищу хлеба».

Постройку начали в 1793 году, а через два года уже освятили готовый храм — одноэтажный, с одним престолом во имя Входа Господа нашего Иисуса Христа во Иерусалим.

Но такие темпы строительства печально отразились на результатах: всего через 21 год благочинный иркутских церквей отец Феодор Сухих рапортовал в духовную консисторию о«ветхости означенной церкви».

За короткий срок в здании церкви прохудилась крыша, по стенам пошли трещины, печки перестали топиться, угрожая пожаром, а из-за плохо пригнанных окон по храму гулялсквозняк. «Поелику сооружена она была сперва нехозяйственным смотрением… — рапортовал приходский священнослужитель Иоанн Митягин, — в мерах по составлению прочностицеркви… никакого успеха надеяться не можно» (2, л. 4). После освидетельствования стало понятно, что ремонту здание церкви действительно не подлежит, а так как оно находилось в ведении городской думы, то меры по исправлению «всему городу известного безобразия» кладбищенской церкви должны были принять именно думские заседатели.

Михаил Васильевич к тому времени уже умер и все дела перешли к его сыну — Ксенофонту Сибирякову. Как и его отец, Ксенофонт Михайлович состоял в городской думе, и именно ему пришлось исправлять ошибки, допущенные прежним городским головой. В 1820 году под руководством К.М. Сибирякова на средства, собранные среди горожан,начинается строительство нового храма на северном склоне Иерусалимского кладбища.

Неудача и здесь сопутствовала сибиряковскому строительству: у новой, уже почти готовой церкви обрушился купол, по всему зданию пошли трещины, и на исправление ошибокушло еще двенадцать лет.

Наконец, в 1835 году храм был готов, его освятил архимандрит Вознесенского монастыря Никодим.

Так и получилось, что на территории кладбища встали две каменные одноэтажные церкви, обе во имя Входа Господня во Иерусалим. Старую церковь разобрали только через три-дцать лет, при общем сожалении горожан: по их мнению, «при небольшом ремонте она могла простоять еще долго, представляя собой образец постройки XVIII века» (12, с. 216).

Имя Ксенофонта Михайловича связывают больше не с этим храмом, а с церковью Святителя Николая Чудотворца — этот деревянный милый храм стоит в Крестовском распадке поселка Листвянка рядом с речкой среди темно-зеленых сосен. Каждому туристу рассказывают легенду его появления: купец, терпевший кораблекрушение на Байкале, слезно взмолился святителю Николаю и буря, ломавшая корабль, отступила. На месте чудесного спасения купец выстроил небольшую часовню во имя Святителя и дал обет построить храм. Этим купцом был Ксенофонт Михайлович Сибиряков.

До постройки храма он не дожил, скончавшись от скоротечной чахотки, и строительство продолжила его жена, Наталья Дмитриевна Сибирякова, урожденная Мыльникова.Ксенофонту очень хотелось построить большой каменный храм, но ничего не вышло: сырость воздуха не давала сох-нуть кирпичам и раствору и строение вновь выходило непрочным. Каменную кладку разобрали, и срубили на этом месте деревянный храм, сделав его внешне очень похожим на каменный.

И опять в одном месте — в деревне Никола в устье Ангары — встали два одноименных храма. Еще в XVII веке на пристани была выстроена часовня, а потом вместо нее — маленький храм во имя покровителя всех моряков — Николая Чудотворца. Жителям деревни было жаль старый храм. Рядом, в пяти верстах от деревни на берегу Байкала, раскинулась пристань Лиственичная. Туда и был перенесен большой храм Николая Чудотворца — храм с красивой историей небесного заступничества за погибающего купца Сибирякова.

Известно, что после этого случая характер ранее грозного Ксенофонта переменился: он стал, что называется, ревностным христианином, даже вступил в миссионерское обществоперевода Библии на местные языки, участвуя там не столько образованностью, сколько капиталом.

Среди наследников Ксенофонта Михайловича не нашлось никого, кто бы мог с успехом продолжить дела. Часто случалось, что купеческие роды из-за этого прерывались. Но сибиряковскому роду не суждено было угаснуть — преемником Ксенофонта стал его племянник и крестник Михаил Александрович Сибиряков.

Сначала партия «2-й Иркутской гильдии купца» Сибирякова в конце 40-х годов XIX века обнаруживает и начинает добывать на речке Хомолхо золото. Через десяток лет золотоносные жилы на реке Лене также станут приисками Сибирякова и Кº. Этот момент перевернул страницу в истории промышленного освоения Сибири.

Золотые прииски постепенно стали местом алчного обогащения, приказчиков, бандитов, контрабандистов, спиртоношей. Сами хозяева играли в этом немалую роль — от их политики зависела обстановка на прииске. Сибиряковские прииски были местом сравнительно гуманного отношения к рабочим — на них не так часто возникали волнения. Для покалечившихся в шахтах рабочих был устроен приют, мест в нем не хватало на всех, но на других приисках не было и этого.

На принадлежавшем Сибирякову и Кº Благовещенском прииске — центральном, «громадном и сравнительно нарядном» — была построена для рабочих и служащих деревянная церковь — во имя Благовещения Пресвятой Богородицы. «Сравнительно обширная и богатая по обстановке церковь» с колокольней была посещаема в праздничные, свободные от работы дни большим количеством прихожан. Церковь на прииске была нравственным средством удержания рабочих от повального пьянства — на этот порок паствы жаловался в начале XX века приходский священник. Точная дата постройки церкви неизвестна, но если учесть, что прииск существовал с середины 1860-х годов, то, скорее всего, она была построена на деньги первых хозяев — М.А. Сибирякова, И.И. Базанова и Я.А. Немчинова.

Золотодобывающая промышленность сделала Иркутск местом жизни купцов-миллионеров. Театр, дорогие магазины, библиотека, больницы — все было здесь по последнему слову моды и техники. Общественные заведения чаще всего создавались на деньги этих купцов. Вот и Михаил Сибиряков, купец 1-й гильдии, почетный гражданин, не раз выбиравшийся городским головой, не желая отставать от других купцов-благотворителей, покупает двухэтажное здание в центре города и заводит там приют для бедных — Сибиряковскуюбогадельню. Для христианского окормления немощных, порой не способных даже двигаться людей при приюте была устроена церковь во имя Михаила Клопского, новгородскогочудотворца.

Церковь постигла печальная участь: через пять лет после освящения она сгорела в памятном иркутском пожаре 1878 года. Сыновья М.А. Сибирякова — Александр, Константин иИннокентий — взялись за восстановление отцовской богадельни, не жалея денег на материалы и отделку. Маленькая домовая церковь была вновь освящена в 1883 году.

Сибиряковы позаботились не только об убранстве богадельни и церкви: во дворе был выстроен дом для священника «со всеми нужными службами… который для помещения в нем был вполне удобен». В банк на содержание священника и псаломщика было положено 13 тысяч рублей четырехпроцентными облигациями Восточного займа. На содержаниецеркви Иннокентий Михайлович положил под проценты еще 10 тысяч рублей. К концу века в числе прихожан маленькой церквушки было около сотни человек.

В 1885 году силами Александра Сибирякова в Иркутске затевается грандиозное строительство новой церкви в Ремесленной слободе. Нужда в ней давно назрела — жителислободы из-за нехватки церквей в округе вынуждены были окормляться в Борисо-Глебской тюремной церкви. Но тюремный распорядок зачастую мешал службам, и в воскресные дни и праздники прихожане нередко оказывались перед закрытыми воротами.

Александр Михайлович пожертвовал землю, занятую на тот момент казенными хлебными складами. Городские власти почему-то воспротивились их переносу, и тольковмешательство иркутского предстоятеля преосвященного Вениамина спасло начинавшееся благое дело от погубления. На имя Александра Сибирякова и Дмитрия Демидова быливыданы две книги для сбора пожертвований, 27 июня 1885 года иркутским иерархом в сослужении четырех архипастырей — томского, камчатского, енисейского, таврического — идвух викариев Иркутской епархии была произведена торжест-венная закладка основания храма.

Деньги на строительство поступали со всех сторон, богатые горожане — А. К. Трапезников, В.А. Литвинцев, И.С. Тельных, И.Г. Громов, жертвовали большие суммы — по три–пять тысяч рублей. Жители слободы несли от «трудов праведных» — каждый старался вложить «некую малую лепту» в новый храм. К июню 1891 года на постройку было израсходовано 28 300 рублей.

Стены и своды храма были сооружены за три года — пришла пора внутренней отделки и росписи новой церкви. Расписывать храм поручили талантливому иркутскому художникуМаксиму Зязину — выпускнику санкт-петербургской Академии художеств. В 1860-х годах М.И. Зязин расписывал Вознесен-ский собор — самый роскошный храм епархии, где хранились мощи святителя Иннокентия. Сюжет «Евангелисты», использованный при росписи собора, был повторен на парусах главного купола новой церкви. Сцены двунадесятых праздников — Рождества Христова и Введения во храм Пресвятой Богородицы — украсили стены по бокам от царских врат.

Иконостасы всех трех приделов подрядился выполнить за два года цеховой мастер Владимир Федорович Коротаев. Примечательно, что иконостас второй Входо-Иерусалимскойцеркви был вырезан цеховым Дмитрием Коротаевым, о чем свидетельствует контракт  302 в маклерской книге городской думы от 3 августа 1831 года. Прямого родства между ними нет, но несомненно, что оба не просто однофамильцы, а представители одной иркутской династии резчиков Коротаевых.

К апрелю 1892 года церковь была готова к освящению. Все в ней было очень красиво: в окна вставили цветные стекла, наружные двери покрыли железом, а внутренние — выстеклили. Для обогрева помещения построили девять печей.

Иконостас и клиросы были выкрашены карминным цветом и покрыты изящной золоченой резьбой. Иконостас главного придела был четырехставный, то есть иконы в нем располагались в четыре ряда один над другим, иконостасы в боковых приделах — трехставные. В главном алтаре на горнем месте была воздвигнута икона Воскресения Христова в большом золоченом киоте московской работы.

Освящение храма было назначено на Светлый четверг Пасхальной седмицы. Архиепископ Вениамин, при котором возводился храм, не дожил до этого торжественного событиявсего двух с небольшим месяцев. 9 апреля 1892 года священнодействовали епископ Селенгинский Макарий и епископ Киренский Агафангел. Ими в сослужении протоиереев и священников за поздней литургией был торжественно освящен главный престол во имя Иконы Казанской Божией Матери.

Боковой правый придел во имя Николая Чудотворца — первоначально задумывалось построить храм в его честь — был освящен за ранней литургией, левый — во имя Св.Иннокентия Иркутского и великомученика и целителя Пантелеймона — неделей позже.

Пока строился величественный храм Казанской Божией Матери, на средства Александра Сибирякова в 1891 году в центре города была построена часовня во имя другого ее образа — Иверского.

Последнее, что пост-роили Сибиряковы в Иркутской епархии, был храм во имя Св. Иннокентия в селе Омолой Верхоленского уезда. Жителям села до ближайшей церкви нужнобыло добираться 73 версты, а сообщение по уездным дорогам «во всякое время года трудное». В 1896 году в селе была вчерне построена, а в 1904 году освящена деревянная церковь с одним престолом и колокольней наверху, на строительство которой И.М. Сибиряков пожертвовал 10 тысяч рублей.

Храмовую утварь и ризы приобрело для омолойской церкви санкт-петербургское Братство во имя святителя Иннокентия, учредителем и почетным членом которого был Иннокентий Сибиряков.

Окончился XIX век — век благотворителей и меценатов, окончился род Сибиряковых — в официальных бумагах пока не найдено сведений ни об одном из прямых наследников,окончились их богатства — щедрая благотворительность и ухудшение дел на приисках постепенно привели род к разорению. Но не окончилась людская благодарность. Вновь тянутся к небу золотые кресты на куполах «сибиряковских» церквей, и вновь возглашаются в них молитвы «за благоустроителей и благоукрасителей святаго храма сего». То, что сделано с любовью к Богу и людям, не забывается и не исчезает. Оно живет как память о славном купеческом роде — роде Сибиряковых.

 

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА

1. Входо-Иерусалимская церковь: Историческая справка к паспорту / Сост. Р.А. Андреева. — Архив ЦСН,  91.

2. Государственный архив Иркутской области (ГАИО), ф. 50 (Иркутская духовная консистория), оп. 1, д. 2178, 11354, 12070, 12235.

3. ГАИО, ф. 748 (Прибрежно-Витимская компания), историческая справка описи.

4. Душкин Ю.С. «От корабельного морского ходу…» // Сибирь. — 1998. —  1.

5. Епархиальное известие // Иркутские епархиальные ведомости. — 1892. —  16. — Прибавления.

6. Иркутская летопись 1661–1940 гг. / Сост. Ю.П. Колмаков. — Иркутск, 2003.

7. Калинина И.В. Православные храмы Иркутской епархии. XVII — начало ХХ века. — М., 2000.

8. Летопись г. Иркутска, составленная любителем церковных древностей Василием Алексеевичем Кротовым // Сибирь. — 1992. —  2.

9. Освящение основания храма в Ремесленной слободе // Иркутские епархиальные ведомости. — 1885. —  35.

10. Отчет о выполнении научно-исследовательских работ в интерьерах Казанской церкви г. Иркутска, памятника архитектуры XIX века. 1989 г. — Министерство культуры РСФСР,объединение «Росреставрация».

11. Поездка Его Преосвященства Преосвященного Макария, епископа Якутского и Вилюйского вверх по р.р. Лене и Витиму для обозрения приленских и приисковых церквей. — Якутск, 1905.

12. Романов Н.С. Иркутская летопись 1857–1880 г. — Иркутск, 1914.

13. Слово в день перенесения иконы Иверской Божией Матери во вновь устроенную часовню // Иркутские епархиальные ведомости. — 1896. —  3. — Прибавления.

14. Шарапов И.П. Очерки по истории Ленских золотых приисков. — Иркутск, 1949.

15. Шорохова Т.С. Благотворитель Иннокентий Сибиряков. — СПб., 2005.

 

Наталья Юрьевна Шевченко,
историк, сотрудник Благотворительного
фонда имени Иннокентия Сибирякова,
г. Иркутск


Журнал "Тальцы" №1 (28), 2006 год

 

 

На Байкал

  • Листвянка
  • Ольхон
  • Заказ микроавтобуса в Иркутске

 

 


Иркутская область




 
 

Уважаемые господа! Копирование, тиражирование, иное использование фотографий, статей, размещенных на сайте "Иркутская область : Города и районы", возможно только с письменного разрешения НУК "Экспедиция ИнтерБАЙКАЛ"

 
© 2008-2018  All rights reserved