Девять жителей Усольского района пережили блокаду Ленинграда
Категория: Усольский район : О районе
Предыдущая статья | Следующая статья
Люди, пережившие блокаду, - особенные. Они отличаются от всех остальных. Блокада научила их колоссальной выдержке, умению бороться с трудностями, научила их тому, что если человек чего-то очень хочет, он может этого в итоге добиться. Блокадники умеют смотреть правде в глаза и не позволять дурных поступков по отношению к себе. Судьбы этих героических людей учат нас многому.
Лия Радионова
Галина Виноградова
Ленинград для них остался мечтой
В Усольском районе проживают девять блокадников: Анна Амосова, Галина Виноградова, Зоя Гусарова, Александр Карху, Ольга Максимова, Анатолий Михайлов, Лия Радионова, Екатерина Скибунова, Мария Гарнова. С двумя из них нам удалось встретиться накануне памятной даты. Обе наши героини Галина Виноградова и Лия Радионова - жительницы посёлка Новомальтинск. Лие Васильевне на начало войны было 11 лет, а Галине Ниловне почти в два раза меньше. Со слезами на глазах они вспоминают страшные месяцы блокады, свою трудную последующую жизнь, как пришлось долгое время реабилитироваться психологически и физически, как встретила их холодная Сибирь, ставшая потом родным домом. Прошло более 65 лет, с того момента, как они покинули город на Неве, но в любви к нему они объясняются до сих пор. Ленинград, словно мечта, которую они пронесли через всю жизнь. Несмотря на то, что в блокаду они были детьми, свои ленинградские адреса помнят отлично. О жизни наших блокадников можно писать книги, которые могут быть образцом глубокого патриотизма для молодого поколения. «Как рано нам пришлось расстаться с детством», - говорит с болью Лия Радионова.
Из благополучного детства - в голодную блокаду
Лие Радионовой (в девичье - Тимофеевой) было всего 11 лет, когда Ленинград оказался в засаде. Сама она - уроженка Смоленской области. Родители её были обеспеченными людьми, поэтому детство Лии было беззаботным и добрым. Если бы не война… Кроме квартиры в Ленинграде у семьи была большая дача в Смоленской области. Здесь хватало места всем родственникам. Когда началась война, маленькая Лия и её отец, работающий на секретном заводе, были в Ленинграде. Мама на тот момент оказалась на даче, и выехать не успела. С тех пор Лия маму не видела. Где похоронена она - неизвестно. Вскоре отца отправили на фронт. Так Лия осталась совершенно одна в осаждённом Ленинграде.
Настали долгие месяцы блокады. Самыми чёрными месяцами были декабрь 41-го и январь 42-го.
- Зима 1941-1942 года была очень суровой, - вспоминает сегодня Лия Васильевна. - Морозы стояли под 40 градусов. Не было ни тепла, ни света, ни воды. Смерть ежедневно уносила тысячи жизней. Немцы ежедневно обстреливали Ленинград. Они сжали его кольцом своими дивизиями. На улицах лежали трупы, завёрнутые в простыни. Их не успевали вывозить для захоронения. Но город жил и продолжал бороться. Люди падали от голода и усталости. Но, мне кажется, все думали только об одном: не пустить врага в наш город. Днём мы постоянно думали только о еде, вечером заходили в холодные квартиры. Чтобы как-то согреться, сжигали мебель, книги. Спать я забиралась в угол в лохмотья - остатки одежды. Поначалу прятались от бомбёжек, а потом уже нет.
Окна в домах оклеивались крест-накрест бумажными полосками в надежде, что это предохранит их от воздушной волны. На ночь они старательно закрывались шторами или другими материалами, для того, чтобы через них не пробивался свет. На улицах дежурили военные и гражданские патрули. Значение хлебной карточки очень правдиво изображено в известном фильме Станислава Говорухина «Место встречи изменить нельзя». А ведь в фильме показаны послевоенные годы. Во время войны их значение было еще больше. 125 граммов хлеба в день иждивенцам и 250 граммов - рабочим.
В феврале 42-го Лия потеряла второго самого близкого человека на земле - отца. Василий Тимофеевич умер от тяжелейших ран в Ленинградском госпитале и похоронен на Пискарёвском кладбище.
Весной Лию Тимофееву вместе с другими детьми эвакуировали из Ленинграда. Навсегда Лия запомнила один момент, оставшийся единственным приятным воспоминанием от войны. Это - тёпля серая кроличья шубка, которую ей выдали из партии американской помощи русским детям.
По дороге девочку ждало ещё одно страшное событие.
- Товарные вагоны, в которых мы ехали, постоянно обстреливались, - рассказывает Лия Васильевна. После одной из бомбёжек я была ранена в ногу и получила контузию.
От потери крови Лия потеряла сознание. Очнулась уже в госпитале. Фамилии своей Лия не помнила. Её нарекли Комисаровой. Лия обрела вторую фамилию. Эта деталь потом сыграла с ней роковую шутку - ленинградские родственники её разыскивали и не нашли, поскольку искали-то Тимофееву.
- Когда я после войны приехала в Ленинград, то в нашей квартире уже жили другие люди, - говорит она. - А так как фамилия у меня была уже другая, квартиру мне не вернули.
…Уже став сибирячкой, Лия Васильевна, будучи в служебной командировке, снова побывала на родине. Она надеялась разыскать родственников. Нашла. Но жизнь продолжалась. Здесь, в Усольском районе, она осела. Маленький посёлок Новомальтинск, в котором она живёт по сей день, плотно вошёл в её жизнь, став так же, как и Ленинград, родным. 21 год она отработала на заводе стройматериалов. Лия Радионова постоянно себя проявляла активной общественницей - избиралась заместителем председателя исполкома Новомальтинского сельского совета народных депутатов, секретарём Среднинского исполкома сельского совета народных депутатов. У Лии Васильевны, которой в прошлом году исполнилось 80 лет, большая и дружная семья: трое детей, пятеро внуков, одна правнучка. На протяжении долгих лет она, неуёмная по характеру, возглавляет ветеранское объединение в Новомальтинске.
Галина Виноградова: «Это забыть невозможно»
Галине Ниловне Виноградовой - моей второй героине - 75 лет. Она родилась в Ленинграде. О своей жизни рассказывать особо не любит. Поэтому в рассказе кратка.
- Если вдруг я буду плакать - не обращайте внимания, - говорит она в начале беседы.
Блокаду Галина Виноградова пережила вместе со своей сестрой-близняшкой Ириной, которой не стало пять лет назад. Мама Галины Ниловны умерла от истощения во время блокады. Это случилось, когда девочки ушли в детсад. Больше они её и не видели. Отец погиб на фронте. Поэтому какое-то время Галя и Ирина жили в детском саду.
- Хорошо помню, что на улицах Ленинграда было много трупов, но мы к этому зрелищу постепенно привыкли, - рассказывает Галина Ниловна.
Песню о Ленинграде петь не смогли
Девочек вместе с другими сиротами усадили в вагоны и отправили в Ярославскую область.
- Мы даже не сидели, а лежали плотно друг к другу, - вспоминает Галина Виноградова. - Так плотно, что даже невозможно было перевернуться на другой бок. Никто не звал ни маму, ни папу. Хотя хотелось пить и есть. Почему дети не плакали? Удивительно. Ехали очень долго. Казалось, сели зимой, а приехали летом. Когда добрались до места, то женщины, встречающие нас, ребятишек из блокадного Ленинграда, плакали навзрыд. Мы же не видели, что мы были такие худые и истощённые!
- Как-то раз воспитательница усадила ребятню вокруг себя и стала разучивать с нами известную песню про город на Неве. Дети заплакали. Да так, что воспитательница не знала, как успокоить нас! Больше мы эту песню никогда не пели…
Девять лет прожили девочки в детдоме. Здесь окончили школу. Дальше их ждала другая жизнь. Сначала Галина Ниловна попала в Иркутск, затем - Усолье-Сибирское, в 60-ые годы она переехала в Новомальтинск.
Галина Ниловна спустя много лет, уже поселившись в Усолье, по крупицам восстанавливала в памяти имена своих родителей и родственников.
- Удивительно, как будто озарение, что ли, приходило. Мне удалось вспомнить многие факты из детства, которые помогли нам впоследствии восстановить с сестрой документы, - говорит она. - Вспомнила имена, отчества…
Галина Виноградова - счастливая мама, бабушка, прабабушка. Она считает, что самые незабываемые моменты в её жизни -это рождение детей.
После встречи с моими героинями я в очередной раз убеждаюсь, что блокадник, -это не статус и не историческое понятие, а образ вполне определенной, осмысленной жизни. А ещё - это состояние души, которую уже мало чем напугаешь, но, к сожалению, многим огорчишь. В контексте нашего относительно сытого времени. Кстати, не все блокадники готовы вспоминать о том времени. Есть, которые предпочитают не рассказывать о блокаде. Даже близким.
Для справки
В Усольском районе на сегодняшний день проживают девять блокадников, шестеро из них получили жилищные сертификаты на улучшение своих жилищных условий.
Инга Усольцева, пресс-служба администрации Усольского района
газета "Усольские новости"№4 (850) от 27 января 2011 г.